С. Кулаков, Р. Миназов. Психодрама как мультимодальная ПТ

Хорошие статьи о теории психодрамы

Непрочитанное сообщение Павел Корниенко 26 апр 2010, 00:00

Источник: статья любезно предоставлена авторами для размещения на сайте www.psihodrama.ru


Психодрама как мультимодальная психотерапия

С. А. Кулаков, Р. Д. Миназов
РГПУ им. А.И. Герцена (Санкт-Петербург), реабилитационный центр «Преодоление» (г. Казань)

  Аннотация
В статье на основе множества литературных источников и собственного опыта психодрама представлена как мультимодальная психотерапия. Рассматривается интеграция психодрамы с другими психотерапевтическими подходами.

С методом психодрамы хорошо сочетались теория объектных отношений, юнгианская психология, кататимная психотерапия или символдрама, арт-терапия и артанализ. Все положения проиллюстрированы клиническими примерами из практики авторов.

  Ключевые слова
Психодрама, мультимодальная психотерапия, интеграция, клинические примеры.
Psychodrama, multimodal psychotherapy, integration, case presentation.

  Кулаков Сергей Александрович
Ведущий специалист в области психосоматики и супервизии помогающих профессий. Врач-психотерапевт высшей категории, доктор медицинских наук, профессор кафедры клинической психологии Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена. Автор свыше 90 научных работ, в том числе учебных пособий «На приеме у психолога – подросток»(2001), «Практикум по супервизии в консультировании и психотерапии» (Речь, 2002), «Основы психосоматики (Речь, 2003,2005), «Практикум по клинической психологии и психотерапии подростков» (2004), «Супервизия в психотерапии» (2004), «Руководство по реабилитации наркозависимых» (Речь, 2006), «Практикум по психотерапии психосоматических расстройств» (Речь, 2007), соавтор трех изданий «Психотерапевтической энциклопедии», «Учебника по психотерапии». е-mail: [написать электронное письмо]

Миназов Ренат Данисович
Врач-психотерапевт реабилитационного центра «Преодоление», г. Казань. е-mail: [написать электронное письмо]


Психодрама является одним из старых методов среди 29, представленных в комитете модальностей психотерапии. Интегративные тенденции в психотерапии коснулись и психодрамы. На страницах киевского журнала «Психодрама и современная психотерапия» можно встретить статьи, отражающие интеграцию психодрамы с экзистенциальным анализом, трансактным анализом, мифодрамой [6, 7, 8].

С методом психодрамы очень хорошо сочетались теория объектных отношений, аналитическая психология, кататимная психотерапия или символдрама, арт-терапия и артанализ [13, 29]. Объединение психодрамы с экзистенциальным анализом подчеркивало ее традиционную принадлежность к экзистенциально-гуманистическому направлению. Трудно отказаться от интеграции психодрамы и системной семейной терапии. Именно в семейной психотерапии впервые получили свое развитие конструктивистский и нарративный подходы, явившиеся своеобразной интеграцией философии постмодерна, теории и практики психоанализа, системного подхода [25, 34].

Психодрама имеет свою теоретическую базу: теорию креативности и спонтанности, теорию ролей и ролевого развития, на которых строится психодраматическая теория личности. Психодраматическая теория ролей оперирует максимально приближенными к жизни понятиями, что дает широкие возможности для абстрагирования [18, 23].

Интегративный подход (полимодальность, мультимодальность) предлагает эклектический подход к лечению – разные методы для разных людей. Приверженцы мультимодального подхода ориентированы на теорию систем: улучшение функционирования на одном уровне приводит к позитивным изменениям на другом [21]. Изолированное использование семейной, когнитивной психотерапии, психодрамы направлено на один или несколько аспектов, тогда как в случае интеграции методов идет поиск максимального широкого воздействия. Мы, вслед за А. Блатнером, считаем психодраму мультимодальной психотерапией и хотим поделиться опытом интеграции с читателем [4].


1) Психодрама и объектные отношения


Зерка Морено предпочитала подход, который называли “вертикальным”. Этот подход сосредоточивается на прошлом и примитивных переживаниях и может быть назван регрессивным в том смысле, что рассматривает прошлое, события, произошедшие в детстве, пытаясь объяснить проблемы в настоящем. В этом отношении Зерка Морено имеет много общего с психоаналитиками и их интересом к про¬шлому [24].

Многие психодраматические сессии переходят от сцен в настоящем к драмам детства. Такая способность интегрировать встречные (горизонтальные) и регрессивные (вертикальные) взгляды на функционирование психики является одной из сильных сторон психодраматической техники.

Основой создания этой теории послужило изучение воздействия индивидуальных отношений человека с внешним миром на его внутренний психический мир. Психика и личность представляются как результат связей людей с внешним миром, которые запоминаются (интернализуются) разумом в виде «объектных отношений». Детство рассматривается, как период наиболее активного становления личности, хотя внутренние объектные отношения могут быть изменены и в зрелом возрасте (психотерапией или более глубокими переживаниями) [22].

Процесс изменения психики ребенка при его отношениях с внешним миром Кернберг назвал интернализацией. В результате этого процесса образуется триада опыта: Я-объект, Ты/Другой-объект и аффективная окраска этих отношений [9].

Психическое развитие и после интеграции внутреннего мира не останавливается. Идет развитие Сверх-Я и Я-Идеала, которые ведут к усложнению психики. Вход в объектные отношения можно получить через символические, кататимные предметы. Мики-Мауса, что подарил дед внуку, а ребенок поменял на жвачки в школе – это объект, кукла, выброшенная матерью – это тоже объект. Нарушение объектных отношений может способствовать формированию различных ролевых конфликтов, которые можно выявить в ходе психодрамы [33].

Андрей, наркозависимый, заявил о проблемах в отношении с отцом. В его сознании возникла ситуация, когда ему было 8 лет, в которой родители «делили» его, «решали» кому он больше принадлежит. В этом процессе принимал участие и отчим, на стороне матери. На одной стороне стояли отчим и мать, на другой отец. У отчима был детский велосипед, у отца сверток жвачек и конфет. Мать кричала на отца, что он пьяница, отчим грозил избить его, отец в свою очередь, игнорируя отчима, кричал, что мать проститутка. Маленький Андрей стоял между ними и плакал. Директор психодрамы предложил воспроизвести эту сцену. На каждую роль были выбраны участники, в том числе и на роль 8- летнего Андрея. Андрея попросили высказывать свои чувства и ассоциации каждому члену семьи. Юноша начал с матери: «я тебя ненавидел, но сейчас понимаю и люблю, тогда у тебя не было другого выхода». Отчиму: я тебя ненавижу, ты поломал нашу жизнь. (Андрея захватывают воспоминания, он плачет). Вспомнил, как отчим заставлял его родную сестру плевать в лицо матери и …наконец выкрикнул отцу: «Я люблю тебя, но ты тряпка, ничтожество…»


2) Психодрама и трансактный анализ


Существует много приложений ТА к психодраме. Самое очевидное опирается на структурную модель личности и заключается в возможности психодраматической проработки ее составных элементов. Понятие "эго-состояний" как никакое другое подходит для ролевого разыгрывания. Уже простое представление протагониста с помощью трех (Родитель, Взрослый, Ребенок) или пяти (как в функциональной модели эго-состояний) персонажей, которые взаимодействуют между собой, спорят или конфликтуют, способно многое прояснить в понимании себя. Например, обнаруживается, что в какие-то ответственные моменты теряется контакт со Взрослым эго-состоянием, что мешает человеку совершать важные действия. Иногда за проявлениями Родительского эго-состояния стоит реальная родительская фигура, с которой у протагониста сложные и драматичные отношения. Особенности Детского эго-состояния могут дать ключик к проблемам из собственного детства человека [6].


3) Психодрама и гештальт-терапия


Перлс ярко обсуждает здесь-и-теперь в гештальт-терапии, но он минимизирует влияние Морено, который раньше Перлса акцентировал внимание на настоящем времени. Многие люди искалечены фиксациями на обидах и чувстве вины за прошлое и тревогами за будущее. Из страха разочарования они не решаются мечтать о грядущем, ставить цели и четко представлять себе эти цели. В психодраме используется все три временных измерения с акцентом на «сейчас», но, используя драму, можно решать проблемы прошлого и будущего, как будто они происходят в настоящем. Здоровье подразумевает возможность гибко обращаться к прошлому, настоящему и будущему с максимальной пользой. Болезнь – любая фиксация, противоположность гибкости [5].

Многие положения и технические приемы гештальт-терапии (гештальт-эксперименты) пресекаются с приемами психодрамы. В последние годы опора гештальт-терапевтов на теорию поля, а не на цикл-контакта еще больше сблизили оба этих опытных подхода, принадлежавшие экзистенциально-гуманистическому направлению. Преимущества психодрамы заключается в том, что она не столь жестко привязывает пациентов к такому концепту гештальта как ответственность, а осознавание происходит за счет драматического действия и инсайта в действии.


4) Символдрама и психодрама


По своим теоретическим основам метод кататимных образных переживаний является психоаналитическим. Возникающие в сознании картины рассматриваются как эмоционально-символическое выражение глубоких внутренних конфликтов с привычным окружением, которые при этом приближаются к осознанию. Происходит символическое изживание влечений и защит. Психотерапевт служит проводником во внутренний мир пациента, исследование которого составляет их общую цель [15, 16, 26].

Если классическая психодрама применяется в случае нарушений взаимоотношений с близкими, родными людьми, коллегами по работе, образы которых воссоздаются в постановке автора, то символдрама направлена на работу с конкретными образами-символами, на которых фиксируется блокированная энергия, в результате чего эти объекты вызывают глубокие переживания или страх. Актуализировав подавленные чувства, символдрама может переходить в психодраму, если на роль символов, вызывающих определенные переживания, становятся реальные члены группы, заменяющие близких, родных и т.п. Мы в нашей практике обычно комбинируем эти методы [19, 29].

Так, Вера, З6 лет, директор строительного магазина обратилась за психотерапевтической помощью со следующими жалобами: периодические боли в правой подвздошной области, конфликты с младшим персоналом, в основном, мужчинами, периодически бессмысленная трата денег.

Из истории пациентки выяснилось, что мать рано рассталась с отцом, когда девочке было 6 лет. Всегда росла в «позиции золушки», одевалась скромно. Одноклассники поражались ее хорошим мануальным способностям, которые ей давали возможность зарабатывать, но она стыдилась брать деньги за мелкие услуги. Когда ей было 8 лет, мать отдала бабку в дом престарелых. Окончив техникум, вышла замуж за художника. Брак не был счастливым, однако с первым мужем сохранились хорошие отношения. Выйдя второй раз замуж за бизнесмена, она стала помогать ему в бизнесе. Родился мальчик, которому сейчас 6 лет. У сына наблюдались немотивированные приступы агрессии. По поводу этих жалоб с ним работал детский психотерапевт. Мать пациентки стала злоупотреблять алкоголем. Испытывая чувство стыда перед знакомыми, Вера снабжала ее деньгами, как бы откупаясь от общения с ней.

В процессе психотерапии выяснилось, что чувство стыда было ведущим аффектом у пациентки. Кроме того, она взяла на себя вину за свою бабку, умершую в доме престарелых. Ее самоуважение было низким, она скрывала от окружающих зависимость от их мнения. Первая психодраматическая сессия была посвящена чувству вины перед бабкой, которую отдали в дом инвалидов, и перед отцом, которого мать практически прогнала. Она боялась повторения этого инцидента с матерью. В сценах последовательно были воспроизведены ее контакты с умершей бабкой, воображаемая встреча с отцом (использовалась техника «смена ролей») [11]. Пациентка отреагировала сильным плачем. Осознала, что она не несет ответственности за все просчеты родителей. Вторая сессия носила характер интрапсихической драмы, затронувшей взаимоотношения ее субличностей. Наибольшей внутренней частью, на роль которого она выбрала самого высокого парня из группы, был стыд, который она долгие годы носила в себе и скрывала от людей. Едва хватило участников группы, чтобы охватить все названные ею части (их было 18). Вере было предложено постараться перегруппировать их в положительном ключе. Так начался поиск ресурсов личности. Не исключалось, что аддиктивный синдром, проявлявшийся в бессмысленной трате денег, был формой отыгрывания «напряженных аффектов».

Во время прохождения тоннеля (психотехника, интегрировавшая «архетипическое путешествие» Юнга и мотив символдрамы) она увидела на выходе из тоннеля в качестве подарка алмаз. Его грани на рисунке после сеанса состояли во многом из негативных характеристик. Ей было предложено поработать ювелиром и обточить острые углы в каждой из не принимаемых частей Я. В результате этой работы «трусость» превратилась в осторожность, комплекс неполноценности в ученичество [1, 12].


4. Психодрама и экзистенциальный анализ


Экзистенциальный анализ (и логотерапия, как его составная часть) - это психотерапевтический метод, осуществляемый преимущественно в вербальной форме. В центре экзистенциального анализа стоит понятие "экзистенция" - наполненная смыслом, свободно и ответственно воплощаемая жизнь в создаваемом самим человеком мире, с которым он находится в отношениях взаимовлияния/взаимодействия и противоборства [3, 31].

У психодрамы и экзистенциального анализа есть общий базис, который, в принципе, позволяет применение средств из одного арсенала для целей другого направления. Обе школы относятся к экзистенциально-гуманистическому направлению, используя феноменологический подход.

Отличие психодрамы от экзистенциального анализа в том, что теория психодрамы сведена к описанию набора технических средств и почти ничего не говорит о строении и законах развития и функционирования психики, а экзистенциальный анализ имеет основательную теоретическую структуру, включающую в себя антропологию, теорию мотивации, теорию эмоций и ценностей [10].

Остановка саморазвития, чем бы она ни была вызвана, обуславливает различного рода личностные, в том числе и психические нарушения. «Отказ от саморазвития», отказ от своих возможностей в рамках экзистенциального анализа – основной диагноз при самых различных нарушениях. Критерием эффективности такой психотерапевтической работы выступает восстановление способности к саморазвитию. В этом плане психодрама, устраняя акциональный голод через игровое действие, может одновременно ликвидировать и «экзистенциальный вакуум».

В интеграции психодрамы и экзистенциального анализа мы практикуем символическое представление экзистенциальных универсалий и диалог с ними. Пациенту можно предложить представить в виде образов свои смерть, свободу, одиночество, «пустоту», смысл жизни и др. Он может представить символически также любое из основных экзистенциальных беспокойств, переживание экзистенциального вакуума, чувство вины, любовь и т.д. Затем психотерапевт может предложить пациенту представить конечную данность во внешнем пространстве и попробовать вступить с ней в диалог. При этом пациент может перемещаться на ее «место», «становясь» этой универсалией и отвечая себе, а может получать от нее ответы мысленно. В другом случае это служит разогревающей техникой для проведения психодрамы. Техники, способствующие усилению трансцендентной позиции пациента, также широко используются в психодраме.

Так Лене, 23 года, страдавшей от страха и ощущения скованности, было трудно понять возникновение данного неуправляемого состояния. В разогревающей технике «Моя часто возникающая отрицательная эмоция» она нарисовала замок [17]. В психодраме мы разыграли ситуацию в детстве, когда 6-летняя Лена, спрятавшись под кроватью, наблюдала за ссорой родителей. Мы поставили ее на подоконник, чтобы «отстранившись» от ситуации с высоты своего роста она понаблюдала за развитием событий в разных направлениях. Лене предложили побыть в утробе матери и почувствовать любовь и ласку, что было ей необходимо для переосмысления данной ситуации. На стадии завершения была сцена принятия родителями маленькой Лены, после чего она, освободившись от страха и скованности, почувствовала, как родилось ее Я.

Сравнивая описания Морено и Лэнгле, можно увидеть параллели между описанием s-фактора и глубинной духовной сущности (Person). Заслуга А. Лэнгле состоит и в том, что он предложил четыре базовых экзистенциальных мотиваций. Пациент должен перестать паразитировать на реальности, он должен принять ее, найти свое место и выполнить 4 базовых экзистенциальных мотивации согласно современной теории экзистенциального анализа, разрабатываемой учеником В. Франкла Альфредом Лэнгле: сказать миру «ДА!», сказать жизни «ДА!», сказать себе самому «ДА!» и, наконец, реализовать свой потенциал через конкретные действия в будущем.

Если для Фрейда сон был проводником в бессознательное, то эмоцию, по мнению Лэнгле, можно считать лучшим проводником в глубину экзистирования человека и в лежащую в ее основе «неосознанную духовность». Поэтому работа с чувствами играет в экзистенциальном анализе центральную роль. Вот почему мы часто используем арт-анализ, позволяющий изучить глубинные переживания с минимальным сопротивлением пациента. Если мы освободимся из «тисков» аффекта, тем самым мы позволим возникнуть эмоции и снова откроем для этой ситуации (или ее воспоминания) путь к свободному переживанию и постижению феноменального содержания [20].


5) Психодрама и юнгианская терапия


Мы остановимся на нескольких основных мыслях, поскольку они являются ключевыми в терапевтической концепции аналитиков - юнгианцев, которые занимаются психодрамой. И Юнг, и Фрейд считали, что бессознательное - это не только то, что лежит за пределами сознания.

Психодраму можно понимать как некий перевод архетипического содержания на язык конкретных пластических образов и действия. То, что мы можем увидеть и пережить, представляет собой не элементы психических структур, отпечаток которых несет на себе психодрама, а всего лишь некий их след, архетипический образ, который в данном случае является символом [2].

Во снах или многих психодрамах мы встречаем, например, такие паттерны (образы или действия), имеющие символический характер.

Так во время разогревающего арт-аналитического упражнения женщина нарисовала свою изоляцию как «обезьянку Шиву». При расспросе удалось установить, что она живет у нее внутри, в грудной клетке (протагонист страдает астматическим бронхитом). В ходе последующей психодрамы выявились ее тенденции к перфекционизму и сверхконтролю над мужем и подростком-сыном. В результате родственники и друзья стали отходить от нее. В одном из эпизодов про Шиву боги послали карлика, который, возможно, не собирался ему вредить. Шива разорвал карлика пополам и станцевал на обезображенном трупе врага танец всепобеждающего добра. Обратная связь от вспомогательных Я, участвующих в психодраме, о чувствах, которые вызывает навязчивая забота протагонистки, позволила ей задуматься о той роли, которая не соответствует уже новому витку развития отношений в их семье.


6) Психодрама и поведенческая психотерапия


В рамках психодрамы помощь, которую оказывает психотерапевт, состоит в том, что он вместе с клиентом анализирует причины и характер поведенческих недостатков, выявляемые в ходе психодраматической сессии, приводящих к страданиям, планирует и осуществляет терапевтические мероприятия, направленные на устранение болезненных особенностей поведения. Адаптивные навыки поведения приобретаются и «прорабатываются» также в ходе психодрамы. Терапевты-бихевиористы предполагали, что одни и те же принципы обучения лежат в основе как адаптивного, так и неадаптивного поведения [27, 30].

Психодрама располагается где-то между современной терапией катарсиса и поведенческой терапией, поскольку признает значимость как катарсиса, так и репетиции поведения и переобучения. В приводимом ниже примере повторное закрепление навыков ассертивного поведения способствовало улучшению лечебного процесса.

Психотерапевт: Кто поработает?

Вадим: Я. Я хочу попросить Михаила на роль моего отца.

Психотерапевт: Что бы ты хотел выяснить?

Вадим: Отец бывший военный, занимается успешно бизнесом, содержит большую семью. Мать не работает. Он авторитетный человек, хотя я иногда сопротивляюсь. Но я понимаю, что он хочет добра. Сейчас, я начинаю выздоравливать и есть страхи, когда прошлый раз брал на себя ответственность, то отношения перешли на уровень друзей, собутыльников. Мы стали врагами для матери. Сейчас отец не употребляет алкоголь, но я боюсь, что опять начнет, меня вовлечет, и я сорвусь, потому что все мои срывы были на почве алкоголя.

Психотерапевт: Где отец чаще всего выпивает?

Вадим: В бане.

Психотерапевт: Строй баню. Пусть будет баня на даче.

Вадим: («строит» баню)

Психотерапевт: Возможный срыв на алкоголе как начинается?

Вадим: Когда как.

Психотерапевт: Воспроизведи, как ты с ним вступаешь в контакт.

Миша: (В роли отца). Печь закрыл, больше поддавать не будем? Как собираешься работать?

Вадим: Я хочу искать работу, но боюсь, что лечение затянется, я хочу тебе помочь.

Психотерапевт: Поменяйтесь местами

Вадим (на месте отца): Пора брать ответственность, сидение здорово, но это не то, у меня возраст, для кого я это делаю. (Поменялись местами, и Миша повторяет слова Вадима).

Вадим: В финансовом плане меня не устраивает, хожу, выпрашиваю деньги у тебя.

Отец: Это все в семью, все достанется тебе.

Вадим: Первоначально, я хочу одеться.

Отец: У тебя же много одежды.

Вадим: Я буду носить одни штаны, но которые хочу. Мне просто нужны деньги, чтобы быть уверенным.

Отец: Ты же потратишь их на наркотики.

Вадим: Деньги мне нужны для уверенности. Захотел и заехал в кафе не глядя сколько у меня денег в кошельке.

Отец: Если бы я начинал так, с хождения по кафе, то у меня сейчас не было бы бизнеса.

Психотерапевт: Алексей встаньте за спину Вадима, и скажи, чего он хочет.

Алексей: Пытается донести то, что хочет стать независимым, создать свою семью.

Вадим: Я хочу работать у тебя, но для себя. Я взрослый человек.

Отец: Так уже было, ты помнишь, чем это кончилось. Независимости совсем не получиться, так как бизнес один. Сколько тебе надо в месяц?

Вадим: 30 тысяч рублей.

Психотерапевт: Ты можешь об этом сказать отцу.

Алексей (в роли отца): Я боюсь, что ты сорвешься.

Вадим: Я готов на свои вещи тратить деньги с отцом. Когда деньги есть, чувствуешь уверенность, но в какой то момент отец скажет: «Иди, зарабатывай». А этот бизнес – не моё. Я все равно не буду продолжать его дело.

Артем: Почему ты не скажешь, что не хочешь с отцом отдыхать?

Вадим: Я также люблю отдыхать в бане, вкусно поесть в ресторане.

Отец: Что мы плохо сидим? Ты будешь пить?

Вадим: Мне нельзя, я могу сорваться.

Отец: Да ладно тебе. Что у нас по работе? Мне платить тебе зарплату?

Вадим: На данном этапе обязательно. Мне будет легче.

Отец: Я буду платить наличными 4700 рублей (я подсчитал), но если нужно что–то купить, я дам и 40 тысяч, но занят будешь целый день на особо ответственных делах. Если левые будут - честно мне отдавай. Я все равно вычислю.

Психотерапевт: Чего ты сам хочешь по жизни? Представь, что будет происходить в бане через три года, пофантазируй.

Отец: Нужна помощь.

Вадим: Сколько надо?

Отец: 200 штук.

Вадим: Если у меня нет, я найду.

Психотерапевт: Чем занимаешься?

Вадим: Внешней экономической деятельностью. Есть выходы на любые организации.

Отец: Сколько работает человек?

Вадим: Человек 50.

Отец: У тебя все хорошо, выпьешь со мной?

Вадим: Я наркоман, у меня зависимость от химических веществ.

Психотерапевт: Ты можешь удержаться, найти свой путь без отца. Стереотипы нарушить очень сложно. Поправляться вопреки родителям.

Он сообщил, что после того проигрывания, он смог общаться с отцом по-взрослому. Ремиссия 2 года. Работает с отцом в фирме. Женился на «независимой» девушке.


7) Психодрама и нарративная психотерапия


Нарративный подход (от англ. narrative – рассказ, повествование) предполагает, что пациент является тем, чьи знания, эмоции, идеология должны изучаться и использоваться для изменений. Нередко именно в таких «воспоминаниях» обнаруживается патогенез различных расстройств.

Психодраматист выступает попутчиком, умеющим чрезвычайно внимательно выслушивать истории людей об их жизни. Он с помощью рефлексивных вопросов, ориентированных на время, предлагает пациенту переместиться в будущее, где пациент выбирает предпочтительный для него вариант или варианты поведения, «оглядывается» оттуда на настоящее или прошлое, и может переписать свою историю таким образом, чтобы способствовать наступлению желательного будущего [32].

Психотерапевт помогает пациенту создать новую реальность, антинарратив — иной жизненный сценарий, искать альтернативные варианты поведения взамен проблемных поведенческих и смысловых паттернов. Анализ может проходить в виде прояснения «тем», которые определяют способы организации жизненных событий. Поскольку у каждого пациента имеется множество таких тем, психодраматист старается обнаружить ту, что имеет непосредственное отношение к проблеме. Этот подход позволяет установить сотрудничество, предпринять совместные усилия по изучению и изменению тем. В этом плане создание завершающих сцен в психодраме приобретает особое значение [14]. Проиллюстрируем примером. Андрей (А), 27 лет, наркозависимый.

Психотерапевт (П): «Андрей, ты говорил о путах, которые тебя сдерживают, даже выбрал картинку демонстрирующую это…»

А: «Да, я как бы, не всегда я. Это в основном маски, я на самом деле не такой…. И эти путы меня сковывают и не дают быть самим собой».

П: «Ты себя чувствуешь скованным с другими…. Давай, это изобразим. Нужно тебя чем-то связать что ли…» П. берет коврик, заматывает в него Андрея и обвязывает веревкой. «Это похоже на твою скованность?»

А: «Да, похоже».

П: «А теперь выбери из группы, с кем ты чувствуешь скованность более всего».

А: «Наташа, Андрей и Петр».

П: «Расскажи про каждого, в чем твоя скованность с ним».

Андрей рассказывает о скованности по отношению к ним.

П: «А теперь выбери тех, с кем чувствуешь свободно».

А: «Сергей, Вадим, Леша, Дима, Юля, Вера, Денис»

П: «О, смотри их намного больше!»

Данный пример позволил протагонисту увидеть, что его представления не соответствовали реальности.

Дискурсивно-логический способ не всегда помогает войти в мир переживаний пациента. Метафорический доступ к переживаниям пациента широко используется в психодраме с пациентами с тяжелыми расстройствами личности.


Работа с метафорами


В нарративном подходе метафоры рассматриваются как мельчайшие единицы описательно-образного способа мышления, позволяющие ослабить психологические защиты и раскрыть внутренний мир пациента.

Они включают любую открытую или скрытую коммуникацию, в которой одно явление связано с другим. Жест, прикосновение, рисунок, скульптура и язык могут иметь «метафорический оттенок». Метафора — это проекция бессознательного, расшифровав послание, можно оптимизировать процесс психотерапии [28]. Приведем пример использования метафор в психодраме. Случай Ирины (И), наркозависимая, проблема зависимости от мужа.

Психотерапевт (П): Закройте глаза и представьте кто или что вы в море?

И: Я жемчужина в полуоткрытой раковине. Я там прячусь.

П: А если тебя открыть?

И: Не хватает смелости открыть.

П: От кого или чего ты там прячешься?

И: Наверное, от мужа или самой себя. Я запуталась.

П: А что у тебя с мужем?

И: Я от него завишу, и это мне не нравится

П: Выбери на роль мужа кого-нибудь и метафорически изобрази зависимость от него

И( выбирает на роль мужа Д. и вешает ему на шею игрушку): Я хочу избавиться от привязанности к нему. Я от него завишу материально, с ним живет моя дочь, он мне давал наркотики, я его обманывала и использовала. Я манипулировала им. Он тоже употребляет. Он меня предал и живет с другой молодой девушкой. Я приходила или звонила, когда мне что-то было нужно от него.

П: Проведи операцию по «извлечению» своей «маленькой части» (имеется в виду игрушка на шее) от него.

И: Я понимаю, что у нас дочь и что я не идеальная мать для нее, но и ты не лучше. Я понимаю, что сейчас наши встречи невозможны, но переживаю за дочь, она растет в неполной семье. Я думала, что когда попала сюда, ты хотя бы мне передачку принесешь. А ты исчез и даже не звонишь. Ты все время мной пользовался и манипулировал мной.

Муж: Ты же сама манипулировала мной, использовала меня и обманывала.

И (обращаясь к участникам): Мне нечего на это сказать.

П: Никто из участников не хочет продублировать И?

(Выходит К.)

Дубль: На самом деле ты уговариваешь его вернуться к тебе. Тебе неприятно, что он тебя променял на девчонку и поэтому ты злишься. А ему наплевать на тебя. Он управляет тобой так же, как и вертит эту игрушку в руках. Ты и есть игрушка в его руках. И тебя это устраивает, но только ты хочешь быть единственной его женщиной. Ты не хочешь прерывать с ним связь.

И. (смеется над собой): Это действительно так выглядит со стороны.

П: Давайте придумаем другую концовку этой сцене.

И: Я хочу расстаться с тобой друзьями

Муж: Может, лучше сексом займемся. (Смех в зале)

И: Нет, я знаю, что ты будешь искать встречи со мной, но я на это не пойду. Я знаю, чем это может закончиться, хотя ты говоришь, что бросишь употреблять. Я тебе не верю. Я ставлю на тебя «границы». Я это сделаю. У нас нет будущего вместе.

Шеринг. Обсуждение.


8) Монодрама. От психодрамы к индивидуальной психотерапии


Одним из применений техник психодрамы является индивидуальная работа с клиентами. Методический арсенал монодрамы не ограничивается использованием пустых стульев для вспомогательных «Я», а включает работу с символическим материалом, как воображаемым, так и материализованным с помощью различных предметов, находящихся в кабинете монодрамотерапевта. Монодрама показана в том случае, если, например, отсутствует группа, определенные моменты требуют строгой анонимности, работа в индивидуальной терапии, требуется быстрое управление в кризисных ситуациях и т.п. [35].

Мы перечислили не все возможные комбинации психодрамы с известными приемами и техниками. Некоторые пациенты с одним и тем же «диагнозом» имеют, вместе с тем, разные интересы, сильные и слабые стороны, и эти различия часто больше влияют на прогноз, чем сам диагноз. Одни пациенты получат больше от психодрамы в сочетании с арт-анализом, другие с юнгианской терапией. Преимущество психодрамы заключается, с одной стороны, в том, что интенсивность лечебного воздействия распределяется между участниками группы, с другой стороны, при этом снижается уникальность симптоматики и появляется возможность обсуждения проблем с другими людьми. В эклектизме делается акцент на технической, практической стороне, на избирательном использовании различных видов вмешательства в применении к конкретной ситуации, то интеграция (мультимодальность) чаще ассоциируется с синтезом единой теории на основе различных подходов. Креативность и спонтанность самого психотерапевта – решающий критерий для выбора.


Литература

  1. Аммон Г. Психосоматическая терапия. — СПб.: Речь, 2000.
  2. Барц Э. Игра в глубокое. Введение в психодраму. – М.: Класс, 1997.
  3. Бланкенбург В. Экзистенциальный анализ// Журнал практической психологии и психоанализа. — Июнь 2004, №2. — С.10-19.
  4. Блатнер А.Теоретические основы психодрамы.//Психодрама и современная психотерапия. – 2003, №4. — С.4-14.
  5. Булюбаш И.Д. Руководство по гештальт-терапии. — М.: Изд-во Института психотерапии, 2004.
  6. Горностай. П. П. Из дебрей жизненного сценария или Трансактная психодрама// Психодрама и современная психотерапия. —2005, №2-3. —С. 94-99
  7. Горностай. П.П. Интегративные модели в современной психотерапии//Наука і освіта. —2004, № 8-9. —С. 83-86.
  8. Ефимова И.Н. Психодрама + экзистенциальный анализ: о пользе перекрестного опыления// Психодрама и современная психотерапия. – 2004, №1-2. — С. 64-73
  9. Кернберг О. Тяжелые личностные расстройства. — М.: Класс, 2005
  10. Келлерман П.Ф. Психодрама крупным планом: Анализ тера¬певтических механизмов. — М.: Класс, 1998
  11. Киппер Д. Клинические ролевые игры и психодрама. — М.: Класс, 1993
  12. Кулаков С.А. Основы психосоматики. – СПб.: Речь, 2005
  13. Кулаков С.А., Жаринов О.А. Символдрама – психодрама: интеграция подходов в ходе учебной супервизии // Психодрама и современная психотерапия. —2006, №1. — С.12-17.
  14. Кулаков С.А. Практикум по психотерапии психосоматических расстройств. —СПб.: Речь, 2007.
  15. Лазарус А. Мысленным взором. Образы как средство психотерапии / Перевод с английского Курдюковой Е.В. — М.: Класс, 2000.
  16. Лебедев В.Б., Биньковская Н.В. Миры воображения: Руководство по интерактивной имагогике. – М..: Изд-во Института Психотерапии, 2002.
  17. Лебедева Л.Д. Практика арт-терапии: подходы, диагностика, система занятий. – СПб.: Речь, 2003.
  18. Лейтц Г. Психодрама: теория и практика. — М.: Прогресс, 2007.
  19. Линде Н.Д. Эмоционально-образная терапия. Теория и практика. – М.: МосГУ, 2004.
  20. Лэнгле А. Person: экзистенционально-аналитическая теория личности. Сборник статей. Пер. с нем. — М.: Генезис, 2005.
  21. Макаров В.В. Формирование профессионального сообщества в психотерапии // Профессиональная психотерапевтическая газета.. — Ноябрь, 2007. —С. 5-8.
  22. Мак-Вильямс Н. Психоаналитическая диагностика: понимание структуры личности в клиническом процессе / Пер. с англ. — М.: Класс, 1998.
  23. Морено Я.Л. Психодрама. — М.: ЭКСМО-Пресс, 2001.
  24. Морено З.Т. Обзор психодраматических техник // Психодрама и современная психотерапия. —2003, №2(3). — С.4-15.
  25. Николс М., Шварц Р. Семейная терапия. Концепции и методы/Пер. с англ. — М.: ЭКСМО-Пресс, 2004.
  26. Обухов Я.Л. Символдрама введение в основную ступень. – М.: Мини-Тайп, 2005.
  27. Ромек. В.Г. Поведенческая психотерапия. — М.: Издательский центр «Академия», 2002.
  28. Свирепо О.А., Туманова О.С. Образ, символ, метафора в современной психотерапии. — М.: Издательство института психотерапии, 2004.
  29. Семилет Н.В. Значение образов-символов и психодрама // Психодрама и современная психотерапия. —2003, №3. — С. 28-35
  30. Старшенбаум Г.В. Психотерапия в группе. – М.: Изд-во Института психотерапии, 2005.
  31. Франкл В. Теория и терапия неврозов: Введение в логотерапию и экзистенциальный анализ. Пер. с нем. — СПб.: Речь, 2001.
  32. Фридман Дж., Комбс Дж. Конструирование иных реальностей: Истории и рассказы как терапия / Пер. с англ. Самойлова В. В. — М: Класс, 2001.
  33. Холмс П. Внутренний мир снаружи: психодрама и объектные отношения. М.: Класс, 2000.
  34. Черников А. В. Системная семейная терапия: Интегративная модель диагностики. — М.: Класс, 2005.
  35. Эрлахер – Фаркас Б., Йорда К. Монодрама: Исцеляющая встреча. От психодрамы к индивидуальной терапии / Пер. с нем. – К.: Ника-Центр, 2004.
Аватара пользователя
Павел Корниенко
Редактор сайта
Сообщения: 831
Репутация пользователя: 28




Библиографическая ссылка: С. Кулаков, Р. Миназов. Психодрама как мультимодальная ПТ. Режим доступа: [http://www.psihodrama.ru/t445.html]

Метки темы

примеры психодрамы

Вернуться в Статьи о теории психодрамы



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0

cron